КАРДИНАЛЬНО ИНЫЕ ПРАВООТНОШЕНИЯ!


АКЦИЯ. СКИДКИ НА УСЛУГИ ДО КОНЦА ГОДА

03/06/2018

В процессуальном праве существует такое понятие как процессуальное правопреемство. На языке закона оно означает, что в случае выбытия одной из сторон в спорном или установленном судом правоотношении – в результате смерти физического лица, реорганизации юридического лица, уступки права требования, перевода долга – суд на любой стадии процесса допускает замену этой стороны правопреемником. Правопреемство есть и в исполнительном производстве – когда в результате перевода долга, уступки права требования происходит замена должника либо взыскателя.

Обычно мы сталкиваемся с правопреемством как раз после вступления решения суда в законную силу, на стадии его исполнения, то есть уже не в спорном, а в установленном судом правоотношении. Потенциальный правопреемник обращается в суд с соответствующим заявлением, которое рассматривается в судебном заедании и по его итогам суд выносит определение – удовлетворить, то есть произвести замену истца (ответчика, взыскателя, должника) правопреемником, либо отказать в этом. Выражение «потенциальный правопреемник» я употребил потому, что только вынесения «положительного» определения суда он становится таковым, то есть приобретает права и обязанности истца (ответчика, взыскателя, должника). Простое же заключение соответствующего договора уступки, перевода долга еще не позволяет назвать лицо правопреемником, если речь идет, конечно, об уже рассмотренном судом деле.

В судебной практике встречается довольно много случаев, когда заявления о процессуальном правопреемстве удовлетворяются. Достаточно распространенный случай – заключение договора уступки права требования в отношении присужденного денежного долга. Банк обратился в суд, взыскал задолженность с просрочившего заемщика, а после вступления решения суда в законную силу, выдачи исполнительного листа, его предъявлении и возбуждения исполнительного производства, заключил в отношении всей суммы долга или ее части договор уступки права требования. Как говорят – «продал долг коллекторам». Но бывает и так, что в удовлетворении требований о замене отказывают. Недавно мне пришлось защищать интересы клиента как раз по такому делу, в котором мы просили отказать в замене взыскателя правопреемником на стадии исполнительного производства. Суд прислушался к нашей позиции и отказал в удовлетворении заявления. Сейчас расскажу почему.

Основное условие, при котором допускается замена выбывшего лица правопреемником – это сохранение, несмотря на изменение так называемого субъектного состава, прежних правоотношений. Вот в случае уступки права требования по взысканию просроченного денежного долга – да, отношения остаются прежними. Даже если вместо банка взыскателем становится некое агентство по сбору просроченной задолженности – костяк правоотношений сохраняется – как был заем, так и остался. В случае же, который я опишу ниже, был изменен не только состав участников, но и правоотношения стали иными – в корне прекратились между прежними и возникли (да еще неизвестно, возникли ли) между новыми участниками.

В общем, дело было так. Мою клиентку по решению суда обязали убрать перегородку, расположенную в нежилом помещении, принадлежавшим на момент принятия решения суда и вступления его в законную силу, другому гражданину. Гражданин предъявил исполнительный лист в службу судебных приставов, но дожидаться исполнения решения не стал, а просто продал это помещение посторонней женщине, а сам уехал в другой город. Что интересно – в собственности этой вот женщины помещение тоже пробыло недолго – спустя короткий промежуток времени она по договору купли-продажи продала его еще одной гражданке. И вот эта гражданка пошла в суд требовать замены истца – первого собственника, в пользу которого было принято решение, на себя. В обоснование положила довод о переходе права собственности на основании договора купли-продажи.

Представитель заявителя, ка мне показалось, явился в суд уже победителем, поглядывал на меня свысока: мол, что ты хочешь, пустяковый вопрос, развел тётю на деньги и ходишь. Но, отвечая на вопрос судьи (а вопрос был единственный и только к нему), он повел сам себя. А судья же спросил – знала ли заявительница о том, что покупаемое ею помещение обременено правом требования. Он сказал, что не знала и знать не могла. Это было тут же отмечено в протоколе и по сути стало причиной отказа. Ведь договор купли-продажи – это не договор уступки права требования. Человек приобретает по нему некий объект, если хотите, право собственности на него. Но никак не связанные с ним права требования. Это в первую очередь. Бывает, конечно, что приобретают и права требования вместе с объектом. Но это надо доказать. Действительно, если бы заявительница знала о наличии решения суда, возникших в связи с ним правопритязаниях первого собственника, согласилась бы купить при таких условиях, – вопросов бы не возникло. К ней вместе с вещью перешли и связанные с ней права собственности, и заявление было бы удовлетворено.

Но не думайте, что если бы представитель заявителя сказал об осведомленности о наличии притязаний, я бы оставил это без внимания и смирился с поражением! Я бы потребовал доказательств того, что она это знала. А таким доказательством могут быть только документы – договоры с соответствующими условиями, передаточные акты. Если их нет, то его слова об осведомленности – это ни о чем. И поскольку новый приобретатель ничего не знал, все его устроило, значит, притязания по поводу переноска перегородки «исчезли» вместе с первым собственником. У нового же таких претензий нет, а уж коли будут – пожалуйста – в суд с новым иском.

Вернуться в раздел Советы юриста